Айжан выросла в доме, где никогда не было недостатка ни в чём. Богатые родители окружали её заботой, красивыми вещами, хорошими школами. Она привыкла, что всё вокруг подстраивается под неё, и жизнь кажется лёгкой и предсказуемой. Но однажды что-то пошло не так.
Сначала изменения были едва заметны. Айжан стала раздражительной, быстро уставала, могла внезапно замолчать посреди разговора и смотреть куда-то в пустоту. Потом начались приступы. Она кричала по ночам, говорила чужим голосом, произносила слова на языке, которого никогда не учила. Родители сначала думали, что это нервный срыв или последствия стресса. Но когда Айжан в очередной раз упала в обморок прямо за семейным ужином, а потом очнулась и заговорила низким мужским голосом, стало ясно - дело не в медицине.
Мать не могла спокойно спать. Она вспоминала старые рассказы бабушки о том, как в прежние времена люди справлялись с подобным. Отец сначала отмахивался, но страх за дочь оказался сильнее гордости. Они начали искать того, кто действительно понимает, что происходит. Через знакомых вышли на пожилую женщину, которую в их кругу называли просто Бабай. Она жила на окраине, в старом доме с глиняной печью и запахом трав. Говорили, что она видит то, что скрыто от остальных.
Бабай долго смотрела на Айжан, не торопясь. Потом попросила всех выйти, оставив только мать. Когда они снова вошли, ясновидящая сказала тихо, но твёрдо: в девочку вошёл джинн. Не злой дух в привычном понимании, а сильное существо, которое теперь живёт в её теле и постепенно забирает управление. Обычные врачи тут бессильны. Нужно читать особые слова, проводить обряд, чтобы выгнать незваного гостя. И времени мало.
Обряд начался глубокой ночью. В комнате горели только масляные лампы. Бабай расстелила на полу чистую ткань, разложила травы, камни, маленькую чашу с водой. Айжан лежала неподвижно, но её глаза были широко открыты и смотрели не по-человечески. Ясновидящая начала читать суры и заклинания, голос её становился всё громче и увереннее. В какой-то момент Айжан выгнулась дугой, закричала так, что стекла задрожали. Из её рта пошёл чёрный дым, густой, как сажа. Он поднимался к потолку, кружился, пытался вернуться обратно, но Бабай не останавливалась. Она продолжала читать, держа в руках чётки и не отводя взгляда.
Когда всё закончилось, Айжан лежала без сознания, но уже своей собственной. Дыхание стало ровным, лицо разгладилось. Джинн ушёл. Мать плакала тихо, прижимая дочь к себе. Отец стоял в стороне, не зная, куда деть руки. Бабай устало опустилась на стул и сказала только одну фразу: «Теперь ей нужно время. И нельзя больше играть с тем, что не понимаешь».
Прошло несколько недель. Айжан медленно возвращалась к себе прежней. Она почти не помнила тех страшных ночей, только иногда вздрагивала от резких звуков и долго смотрела в зеркало, словно проверяя, точно ли там её отражение. Родители больше никогда не говорили о случившемся с посторонними. Но в их доме навсегда поселился новый, осторожный покой. Такой, какой бывает только после того, как человек посмотрел в лицо чему-то гораздо большему, чем он сам.
Читать далее...
Всего отзывов
9